Как в Мещанской слободе немцы футбол прививали

Этим летом Москва впервые станет мировой футбольной столицей – в нашем городе пройдут матчи Чемпионата мира по футболу. Тем удивительнее, что еще в начале XX века футбольные матчи в столице можно было увидеть лишь на заводских площадках, где британские специалисты-экспаты, представители родины футбола, «гоняли мяч». Прошло несколько лет, и английская забава переросла в настоящую игру - интернациональную, народную и всевозрастную. В этом заслуга не только родоначальников футбола, но и практичных немцев. Об этом наша сегодняшняя заметка из цикла #ФутболКК.

В начале прошлого века футбол в Российской империи был в новинку. Российские игроки только осваивались и привыкали к новой игре. Проявляли свой талант и первые футбольные менеджеры.
В 1910 году Сокольнический клуб спорта, кружок футболистов «Сокольники» и футбольный клуб «Унион» решили организовать Московскую футбольную лигу. Инициатором создания лиги стал учредитель Сокольнического клуба спорта, купец немецкого происхождения Роберт Фердинандович Фульда, а казначеем выбрали владельца «Униона», купца и биржевого маклера, выходца из Ганновера Павла Филипповича Миндера. Само правление клуба «Унион» состояло как из прусских подданных, так и подданных Российской Империи немецкого происхождения.

Неудивительно, что и сам «Унион» был московским отделением одноименного немецкого клуба из Берлина, чемпиона Германии 1905 года. И если берлинский клуб, несмотря на весьма скромные успехи, летом 2018 года будет отмечать свое 112-летие, то московский клуб уже давно канул в лету. За 13 лет существования Московской футбольной лиги «Унион» не поднимался выше второго места, чаще всего оставаясь вне тройки призеров.

Свои игры «Унион» проводил в тихой Мещанской слободе на Самарской улице. Землевладелец Чоколов выделил Павлу Миндеру участок восточнее Екатерининского парка. Построенный стадион представлял собой футбольное поле с воротами и небольшие трибуны: игра еще не успела обрести многочисленных фанатов. Впрочем, и качество игры оставляло желать лучшего. Вот что писали в прессе о тогдашнем поле стадиона:

«Всегда сырое, грязное весной и осенью поле «Униона» высыхает лишь к началу лета, но при этом покрывается многочисленными мелкими буграми, которые заставляют мяч отпрыгивать совершенно не в ту сторону, куда следовало»

После революции стадион перешел к представителям торговли и кооперации. Футбольный клуб, который считают продолжателем дела «Униона» (хотя бы по домашней арене), назывался то ССТС (Союз Совторгслужащих), то СКиГ (Союз Кооперации и Госторговли). Но в советской футбольной истории он остался частью спортивного общества «Буревестник», существующего и в настоящее время. Интересно, что в 1938 году клуб «Буревестник» попал в высший дивизион чемпионата СССР и с треском провалился, заняв последнее - 26 место, и пропустив 87 мячей в 25 играх. Ленинградскому «Динамо» «буревестники» проиграли как раз на своем стадионе со счетом 1:9, что осталось рекордом советских чемпионатов.

Стадион в Самарском переулке просуществовал вплоть до 1970-х годов, когда ради строительства нового спортивного комплекса к Олимпийским играм-80 был снесен целый жилой квартал. На месте «Буревестника» был построен спортивный комплекс «Олимпийский», внешне напоминающий древнеримский Колизей. В отличие от своего предшественника «Олимпийский» вмещает до 30 000 человек.
Вскоре покорение «Олимпа» стало мечтой не столько спортсменов, сколько музыкантов. Начиная с 1982 года спорткомплекс стал популярной музыкальной площадкой, здесь выступали сотни отечественных и зарубежных музыкантов от поп-музыки до хэви-металл. Выросли поколения москвичей, для которых Олимпийский - это, прежде всего, площадка для концертов - музыкальных блокбастеров, и уж потом спортивная арена. И лишь немногие вспоминают, что вместе со стадионом в котловане олимпийской стройки были погребены неказистые деревянные дома Мещанской слободы, жителям которых, вероятно, довелось понаблюдать за странной подвижной игрой в мяч.

 

 

        

        

       

 

Вернуться в раздел